Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

сила меьшинства

В рабстве у нового фараона

И впервые взглянет, незнаком с бичами,
Целый род на солнце - гордыми очами!
Хаим Бялик

Начнем мы с седой древности, но рассказ наш будет не о ней, а о том, как потомки тех, кто сумел выйти из египетского рабства, оказались в плену другого фараона, куда более коварного, чем фараон-угнетатель времен Исхода.

Более трех тысяч лет назад наши далекие предки ради обретения свободы совершили массовый побег из египетского плена. Правда, решились они на такое рисковое предприятие по научению и под руководством лучшего в мире Организатора и наших побед, и наших побегов. Потом это вошло в главную книгу человечества Главой «Исход». Из Египта вышло скотоводческое племя, верующее в единого Бога и обрезающее на 8-ой день своих сыновей. После дарования Торы, т.е. Закона, полученного Моисеем от Всевышнего, племя это превратилось в народ, живший по обретенному в Сионском Откровении учению.  

Сионское Oткровение – эта кульминация Исхода. Здесь зародились не только иудаизм, но и христианство. Без Песаха нет Пасхи. Ведь «Тайная Вечеря», на которой впервые установлено таинство Евхаристии и предсказаны судьбы христианства и мира, есть ни что иное, как Седер, который «ведет» Христос. И апостолы, как освящено тысячелетней традицией, преломляют за этим столом мацу –«сухой хлеб изгнания», и пьют традиционные четыре бокала вина, и славят Господа, который «рукою крепкой, и мышцею высокой вывел их из земли фараона». Когда евреи ушли в 2000-летнее изгнание, их мораль распространялась христианами в Европе и, в конечном итоге, по всему миру - отсюда иудейско-христианская этика. 

Поселенцы, основавшие Америку, были вдохновлены видением Синая. Они просили короля Георга III отпустить их, как евреи просили об этом фараона во времена Исхода. Американские колонисты давали своим детям библейские имена. Америка была для них Землей Обетованной. Для Большой Печати Соединенных Штатов Бенджамин Франклин предложил сцену, где Моисей переводит Детей Израиля через Красное море. «Декларация независимости» была написана Томасом Джефферсоном, но семена ее посажены на Синае. «Все люди созданы равными и наделены их Создателем определенными неотъемлемыми правами». 

Пасхальный Седер – древнейшее в мире, на протяжении трех с половиной тысячелетий ни разу непрерываемое ритуальное действо. Евреи впервые отметили его еще в Египте, в ночь ухода. 

«Возьмите кровь жертвенных животных и помажьте оба косяка и перекладины дверей в домах, где вы их едите.  В ту же ночь съешьте мясо, поджаренное над огнем, приправленное горькими травами, с хлебом, приготовленным без закваски… Ешьте так: пусть пояса ваши будут завязаны, ноги обуты, а в руке – посох. Ешьте быстро. Это – Господня Пасха.» 

Каждый еврей, которому в эту ночь предписано не сидеть, но возлежать за праздничной трапезой, должен чувствовать, что он лично искуплен из рабства. Ведь «возлежать» может только свободный человек.  Свобода – вот ключевое слово этого вечного, как сами евреи, праздника. На столе вино, маца и горькие травы. В руках у сидящих за этим столом Агада с четырьмя вопросами: «Почему эта ночь отличается от всех других ночей?» Рассказывать об этом сыну является обязательной заповедью для любого еврейского мужчины.

В то время, как Пасхальный обряд взывает к памяти поколений, к передаче традиционных ценностей от отца к сыну, языческая культура, в которую все больше погружается Запад, велит делать нечто противоположное.  Фараон говорит Моисею: «Кто такой Господь, чтобы я внял Ему и отпустил твой народ?» 

Примерно так же рассуждают прогрессисты и их преданная медийная обслуга — Си-Ан-Ан со товарищи. «Забудьте вы этого  привередливого, грозного, карающего, к тому же, невидимого Бога», - говорят они нам. Поклоняйтесь нашим понятным, сверхтерпимым  языческим Божкам: мультикультурализму, открытым границам, поздним абортам, гомосексуальным бракам, борьбе с расизмом, наркотикам, общим сортирам и возможности выбора во всем, включая собственный пол. 

Пренебрегать законами Синая стало модной светской заповедью. Вместо провозглашения семейных ценностей в пример для подражания ставятся самые немыслимые блуд и извращения, с которыми детей нынче знакомят чуть не с ясельного возраста. 

Collapse )
Шмулек

Шмуэл Мушник - Хранитель Хеврона — часть 1

Продолжение — Часть 2

Героя этого очерка знает весь правый Израиль.  По прочтении этого панегирика  он ничуть не возрадовался, а, напротив, дал понять, что я вогнала его в краску. Оказывается, в среде ортодоксальных евреев нельзя вот так открыто восхищаться человеком. Этим ты как бы нарушаешь код его скромности. Но Мушником нельзя не восхищаться. Скажу больше — его нельзя не полюбить. 

И все-таки какую-то практическую пользу я герою своему  принесла. Гид из Кирьят-Арбы, мой френд по ЖЖ, говорил мне, что число жаждущих увидеть Шмулика и его музей после публикации моего очерка заметно возрасло. Особенно меня обрадовало, что в Музее туристы просили показать «ящик для пожертвований, о котором писала Соня». 

Вообще-то о самом интересном я не рассказала.  В один из моих приездов в Израиль Мушник повез нас с подругой на могилу Праматери Рахели под Вифлеемом.  Что мы там увидели, и как Мушник это все прокомментировал, я оставила на потом, да так, ленивица, и не собралась написать. Но еще не вечер. 

Главное, чтобы через 4 дня Израиль избрал  себе такое правительсво, которое ни при каких обстоятельствах не стало бы обменивать «территории на мир».  Тот самый «мир», о котором Мушник говорил так: «Террористы были всегда, но до того, как грянул «мир», мы жили нормальной жизнью. До того, как началось всё это безобразие в Осло, мы могли передвигаться по Хеврону свободно....«

Здесь мало моего текста, но много картин Мушника, Лехаим, 2014

Мушник как он есть. На фотоохоте.
Мушник как он есть. На фотоохоте.

Праотцы мира, возлюбленные Всевышнего,
как можете вы отдыхать в ваших могилах когда мы,
надеющиеся, истощены и нет нам покоя?…
(Из сборника молитв «Анейну»)

Мое знакомство с этим человеком произошло, как и все лучшее в жизни, почти случайно.

В ту далекую уже осень, потеряв очередную постылую работу, с горя, а, скорее, на радостях решила я устроить себе "израильские каникулы". Не куцый американский отпуск в полторы недели, а роскошный каникулярный рай длиною в нескончаемо долгий месяц. Те, ради кого я регулярно наезжаю в Израиль, удобно и равномерно раскиданы у меня по всей стране "от финских хладных скал до пламенной Колхиды...", что в Израиле примерно соответствует пространству от Хайфы до Арада. Я колесила по Стране на автобусе, где на конечных остановках меня встречали друзья и ласково вели в свои кондо, виллы и студии для сладостных ночных бдений за уставленными яствами столами. Так прошло две недели. После этого были безмятежно-короткие стоянки, как в скромном кибуце неподалеку от сирийской границы, так и в белоснежных отелях на берегу каждого из трех израильских морей. Друзья отогрели мою заиндевевшую на чужбине душу, израильское солнце выжгло до негритянской синевы тело - программа минимум была выполнена, а месяц все не кончался. Я уже было собралась вослед невзыскательным российским туристам потратить оставшиеся дни на те самые экскурсии, которыми с высокомерием, свойственным самим израильтянам, давно уж пренебрегала, как в случайном разговоре вдруг возникло это имя - Шмуэл Мушник. Как ни странно, имя это было мне знакомо.

Дело в том, что буквально накануне моего отъезда на одном из израильских сайтов, с которым я тогда тесно сотрудничала, появилась одна прелюбопытнейшая заметка. В ней доказательно, зло и остроумно высмеивались мотивы сооружаемой Израилем «Великой Еврейской Стены». Текст был сработан в блистательном «раблезианском» стиле и поражал таким абсолютным владением «великим и могучим», что в авторе невольно угадывалась "столичная штучка", талантливый журналист или политолог, при этом - недавний репатриант из России. На последнее обстоятельство указывало уже само название - "Надувной Забор", в котором лукаво обыгрывалось двойное значение прилагательного "надувной". У эмигрантов, долго живущих в чужой языковой среде такие находки почти не случаются. Убеждения автора о бесполезности для евреев этого псевдо, как он полагал, защитного сооружения я не разделяла. Однако, из чистого любопытства, которое издавна испытываю ко всем хорошо пишущим на кириллице, не поленилась ввести в русский поисковик имя автора и поняла, что ошиблась в каждом из своих предположений.

Шмуэл Мушник оказался никаким не журналистом и уж точно, не новым репатриантом. На тот момент, о котором идет речь, он уже почти тридцать лет жил в Израиле. И не просто в Израиле, а в Хевроне. И не просто в Хевроне, а в здании легендарной больницы "Бейт Хадаса". И даже не просто в здании, а в квартире того самого аптекаря, который стал первой жертвой страшного еврейского погрома 1929-го года. Накануне приезда в Израиль я прочла "Мой Хеврон" Бен-Циона Тавгера, отчего все как один еврейские жители этого города враз приобрели в моих глазах неколебимый статус бескорыстных героев-подвижников. Но даже среди таких, по определению неординарных людей, Мушник поражал уникальной широтой и разнообразием дарований: художник, фотограф, географ, историк, краевед, гид. В совершенстве владеет тремя языками и может вести экскурсии соответственно на иврите, русском и английском. А кроме того он - создатель и хранитель Музея Истории Хеврона ("Музей Погрома"), а еще - автор уникального труда "Очерки о Земле Израиля", привязывающего сегодняшнюю топографию Страны к "наделам" древнего Израиля. Его картины и фотографии несли отпечаток яркой и обаятельно неупорядоченной личности, что я  безошибочно почуяла еще по прочтении "Надувного Забора".

По-английски таких людей называют shaggy - лохматые. Надеюсь, не требует разъяснений тот факт, что обладатель сверкающей лысины может вполне себе быть "лохматым", в то время, как другому пышная шевелюра ничуть не мешает оставаться скучным добропорядочным обывателем. По статичным фото судить трудно, но то, что он был рыжий и в бороде и, что со всех фотографий смотрел каким-то особенным сосредоточенно-хмурым взглядом - оправдывало почетное звание, которое за ним закрепилось - Хевронский Ван-Гог.

Collapse )
сила меьшинства

Меньше знаешь — больше веришь

В середине февраля у православных  — Сретенье Господне, и не грех в этот день  припомнить занятный казус,  имевший место быть  в Вифлиеме в Базилике Рождества Христова лет эдак десять тому, а то и больше. Мы, как носители неизраильских паспортов, попали в это сакральное для христиан всех конфессий место с группой туристов из России. И на нашу удачу, как раз в  день Католического Рождества. Израильтянам въезд в Вифлием воспрещался с 2005-го года, чтобы не волновать почем зря последователей «религии мира и добра», которые за прошедшие годы изгнали из Вифлиема почти всех свох соплеменников, христиан-арабов (что-то порядка 20 тысяч), издавна селившихся рядом с Базиликой.  

Шустрый израильский экскурсовод, пробегая мимо «камня обрезания», мимоходом о нем упомянул, и двинул было дальше, но пытливые российские туристы задержали его вопросами.  Короткий рассказ о том, что Христос, как и все израильские младенцы мужеского пола, был обрезан на 8-ой день от рождения, вызвал в группе  не просто волнение, а натурально,  кратковременный шок. Кто-то растерянно и изумленно повторял «так выходит, что он еврей, что ли был?», а кто-то подсчитал, что 1 января, т.е. «Новый Год»  — это и есть день обрезания. 

Одна женщина, с которой мы разговорились еще в автобусе по дороге в Вифлием, учительница из Саратова, не на шутку разволновавшись, громко спросила, а  в  Сретенье, мол, куда в Сретенье-то его принесли?  «Куда, известно куда», — уверенно ответил ей и всем остальным пожилой мужчина. «В Храм. В Храм православный и принесли». Исконный порядок вещей восстановился и умиротворенные этим туристы потянулись в сторону  яслей, куда разодетые в парчу и золото дяденьки только что положили, после торжественного проноса через всю Базилику, гуттаперчевую дитеньку. 

Collapse )
сила меьшинства

Рождественское от Саши Черного

Ангел будит волхвов, спящих под одной рогожкой: один из них уже проснулся. Сейчас они встанут и отправятся вслед за звездой в Иерусалим, а оттуда в Вифлеем (по легенде, волхвы узнали о предстоящем Рождестве задолго до рождения Иисуса).Собор Сен-Лазар, Отён, Бургундия, XII в.
Ангел будит волхвов, спящих под одной рогожкой: один из них уже проснулся. Сейчас они встанут и отправятся вслед за звездой в Иерусалим, а оттуда в Вифлеем (по легенде, волхвы узнали о предстоящем Рождестве задолго до рождения Иисуса).Собор Сен-Лазар, Отён, Бургундия, XII в.

Поздравляю всех своих друзей, кто празднует  Рождество, этим милейшим стихотворением: 

В яслях спал на свежем сене
Тихий крошечный Христос.
Месяц, вынырнув из тени,
Гладил лен Его волос…

Бык дохнул в лицо Младенца
И, соломою шурша,
На упругое коленце
Засмотрелся, чуть дыша.

Воробьи сквозь жерди крыши
К яслям хлынули гурьбой,
А бычок, прижавшись к нише,
Одеяльце мял губой.

Пес, прокравшись к теплой ножке,
Полизал ее тайком.
Всех уютней было кошке
В яслях греть Дитя бочком…

Присмиревший белый козлик
На чело Его дышал,
Только глупый серый ослик
Всех беспомощно толкал:

«Посмотреть бы на Ребенка
Хоть минуточку и мне!»
И заплакал звонко-звонко
В предрассветной тишине…

А Христос, раскрывши глазки,
Вдруг раздвинул круг зверей
И с улыбкой, полной ласки,
Прошептал: «Смотри скорей!»

сила меьшинства

Еврейские корни Дня Благодарения

Don Feder. Оригинал здесь 

Перевод Сони Тучинской 

Какая картина возникает в нашем воображении, когда мы в День Благодарения думаем о Пилигриммах, впервые отметивших когда-то этот праздник?  Мы видим их за обильно накрытым столом, (неважно, что на первом году их прибывания в Новой Англии свирепствовал голод). Или вот еще другая картинка: снежным ноябрьским днем первые поселенцы идут в церковь с мушкетом в одной руке и Библией – в другой. 

А вот что наверняка не придет нам в голову при слове  «Отцы-Пилигриммы», так это зажигание  меноры или кручение дрейделс.

А между тем, Thanksgiving - День Благодарения, имеет очевидные еврейские корни, которые легко обнаружить в Библии. В философском смысле, истоки этого праздника восходят к самым истокам Иудаизма.

Дело в том, что  первый День Благодарения на самом-то деле имел место не в 17 веке, и не в Плимуте Новой Англии,  а более 3000  лет назад, на земле Израиля. 

Во Второзаконии (26:1-4)  Моисей  обращается к народу Израиля: 

«Когда ты придешь в землю, которую Господь Бог твой дает тебе в удел, и овладеешь ею, и поселишься в ней; то возьми начатков всех плодов земли, которые ты получишь от земли твоей, которую Господь Бог твой дает тебе, и положи в корзину, и пойди на то место, которое Господь Бог твой изберет, чтобы пребывало там имя Его».

Кому возносили благодарность Пилигриммы?  Не Королю Иакову, от преследований которого они и бежали сначала в Голландию, а потом,  в Новый Свет. Ну, и уж, разумеется, не капитану судна, который доставил их туда, причалив Мэйфлауэр с английскими переселенцами в Кейп-Коде. Они благодарили Бога, который указал им путь в  эту «добрую и обширную» землю. 

Первопроходцы неизменно ощущали свою неразрывную связь с предыдущими поколениями своих предков.

Подобно израильтянам, они верили, что бродили по пустыне (англиканская Англия), пересекли пустыню (бурную осеннюю Атлантику), приняли  верховную власть Бога (признанную в Соглашении Мэйфлауэр) и заселили дикую землю, чтобы обустроить ее не только для себя, но и для грядущих поколений.  Как и иудаизм, вера пуритан была основана на идее завета с Богом. Так Джон Уинтроп, первый губернатор плимутской колонии, предупреждал, что при сохранении веры  в Него, «мы обнаружим, что Бог Израиля находится среди нас, но если мы отвернемся от него,  то будем истреблены из доброй земли, в которой поселились». 

Что касается израильтян, отвернувшихся от Бога, то Тора говорит о земле, «извергающей» их. 

От Синайского Откровения  и Торы проходит непрерываемая нить, связывающая их с  Мэйфлауэрским Договором (начало республиканского правления в Америке). А оттуда и до Декларации Независимости, и до Конституции США рукой подать. 

Сегодня все мы, каждый по-своему,  должны благодарить,  - не Macy’s за ежегодные парады, не  индустрию откорма вкусных и сочных индюшек, не  фермеров, выращивающих клюкву, а ту Высшую Силу, которая поддерживала нас на протяжении всех этих  400 лет. Выражение благодарности - это очень еврейское дело. 

Многие из наших праздников состоят из благодарения Богу за спасение - Пурим (от Амана), Пасха (от фараона и рабства в Египте), и Ханука (от сирийской греческой оккупации). В Рош ха-Шана евреи возносят благодарность Всевышнему  за акт сотворения Им человека, за Его отцовскую любовь к своему созданию. 

Грех начинается с неблагодарности. Когда первый человек съел плод с запретного древа, он косвенно обвинил в совершенном им грехе своего Создателя: «Женщина, которую Ты дал мне быть со мной - она дала мне с дерева, и я ел». 

Вакханалия разрушения и насилия на наших улицах – это тоже  проявление неблагодарности. Склонные к криминальным действиям анархисты, громят наши города, дестабилизируя общественную жизнь и экономику. От них родятся страх и хаос, хотя сами они родились в самой свободной и богатой стране мира. 

Однако, комфортное существование, к которому они привыкли с детства, возникло не на голом месте.  

Collapse )
сила меьшинства

«Простить все то, чего прощать без подлости не можно»?

К предательству таинственная страсть...
К предательству таинственная страсть...

Предательство” в словаре Ожегова:
ПРЕДА́ТЕЛЬСТВО, -а, ср. Вероломство. Поведение предателя -  Предательство не прощается."

На Израиль  после вечерней  молитвы «Коль Нидрей» надвигается ночь.  В Сан-Франциско до первой звезды еще целых пять часов, когда в ожидании Йом Кипур не возбраняется  «делиться мыслями» электронным способом.

Вот, увела у своего любимого израильтянина, Юрия Сарида-Фридмана важное, пред Йом-Кипурское:

В эти дни, перед Йом Кипур, фейсбучный еврейский народ массово пишет посты с просьбой о прощении у тех, кого обидели сами – и с сообщением, что прощают тех, кто обидел их…

Год назад я тоже писал такой пост. В этом, пожалуй, не буду. Не пишется...

У тех, перед кем я виноват – и знаю, что виноват, – я просил прощения лично, когда была такая возможность, и прошу прощения каждый раз в мыслях своих, когда вспоминаю… Равно как и у тех, кого нет уже на этом свете. И не только накануне Йом Кипур, разумеется. 

Но это не так трудно – признать свою вину. Перестать самооправданием заниматься и просто признать. И прощения попросить. Простят или нет – их выбор. Не все меня простили, не все…

А гораздо тяжелее – простить самому. По своему опыту знаю.

Были в моей жизни вещи, простить которые, наверное, невозможно. Или почти невозможно… Годами помнил – потому что привели они к последствиям необратимым. Не мог не помнить – каждую минуту жизнь об этом напоминала. Проклинал, бывало… о мести мечтал, о справедливости…

Пока не осознал в какой-то момент – что грызу этим непрощением только себя самого. Сам себе печень клюю-расклевываю – какая уж тут месть… И просто принял прошлое, как данность. Все, целиком.
И в высшую справедливость поверил: раз уж произошло со мной, хорошим таким, то, что произошло – значит, это и заслужил. И никак иначе…

И отпустило меня тогда – по-настоящему отпустило. И жизнь изменилась, хотите – верьте, хотите – нет…

Иногда бывает, что всплывает старое… гашу. Сразу гашу – чтобы снова туда не унесло. В непрощение. 

Непростившему – тяжелее, чем непрощенному…

Ну, а теперь от  себя по тому же поводу: 

О мохнатой пошлости коллективного  испрошения прощения рассылкой соответствующего емайл по всему спектру адресной книги писала в недавнем своем новогоднем посте.  

А сейчас речь — об Юрином.   «Раз уж произошло со мной, хорошим таким, то, что произошло – значит, это и заслужил. И никак иначе…»...При всей моей величайшей симпатии к автору, к его «уму и сообразительности», не могу поверить в искренность этих «полагающихся по случаю» слов. 

Не могу поверить,  что в потаенных глубинах души, куда не допускаются «другие», даже самые близкие, и где, поэтому,  нет причины лукавить с самим собой... Что наедине с собой  кто-то может винить ни в чем, по его убеждению, не повинного, а напротив — ошельмованного, униженного, и преданного, себя..  Себя, а не тех или того, кого он любил, и кому  бесконечно и до самого дна доверял, как себе..., больше, чем себе. И кто за всю эту любовь и преданность растоптал его безжалостно... и даже без какой-либо особой выгоды для себя. 

Ну, разумеется, речь идет о серьезных вещах, а не о мелочевке, типа, «как они могли не пригласить меня на свадьбу дочери». 

О предательстве друзей идет речь. 

Те, кто пережил, знают, что предательство близкого друга - это крушение мира. Это катастрофа, пережить которую трудно, не разрушив лучшее в себе. 

Потому,  никак не могу  с Юрием согласиться. У православных говорят «Бог простит». Наверное, это потому, что существует коварство и подлость такой непредставимой низости,  что простому смертному невозможно это простить.   И ни к какой дате еврейского религиозного календаря нельзя «простить все то, чего прощать без подлости не можно».  (бестыже под собственные нужды  адаптирован Карамзин).  

Так вот, если случается такое, нужно сделать не тягостное, непосильное, и разрушительное,   а сделать то, что  человеку по силам. Не простить, а забыть. Забыть, как не было.  Не было, и все. Ни самих их, ни собак их, ни мамок, ни потомства .  Даже если ты знал их с юности, и десятилетиями твоя жизнь была освещена любовью к ним  и преданностью им. 

Collapse )
сила меьшинства

«"В Рош а-шана все пришедшие в мир проходят перед Ним строем..." »

Со времен седой древности и до наших дней: "В седьмой месяц, в первый день месяца, да будет у вас покой, напоминание о трубном звуке, священное собрание."
Со времен седой древности и до наших дней: "В седьмой месяц, в первый день месяца, да будет у вас покой, напоминание о трубном звуке, священное собрание."

Как известно, Рош а-шана символизирует не первый день создания, а последний, - шестой день сотворения мира. В этот день Всевышний создал прародителя человечества – Адама, который впоследствии нарушил запрет и был изгнан из Рая.

Если ваши дети, внуки ходят в Hebrew Academy или еврейскую воскресную школу при синагоге, или, на худой конец, вы сами читаете с ними «Детскую Тору», попробуйте задать своим чадам вопрос, который без малого три с половиной тысячи лет назад задал десятилетнему Иосифу старший (ученый) раб его отца Иакова, Елиезер, и сверьте их ответ с ответом Иосифа:

"— Скажи-ка мне, сын праведной, — спрашивал Елиезер, когда они, бывало, сидели вдвоем в тени дерева наставленья, — по каким трем причинам Бог создал человека последним, после всех растений и животных?
И тогда Иосиф отвечал:
— Бог создал человека самым последним,
во-первых, затем, чтобы никто не мог сказать, будто он участвовал в сотворении мира;
во-вторых, ради унижения человека, чтобы он твердил себе: «Навозная муха, и та создана раньше меня»,
а в-третьих, чтобы он мог сразу же приступить к трапезе, как гость, для которого все приготовлено".
 

Не правда ли, до чего ловко, умно, и остроумно, несмотря на свое малолетство,  ответил любимец Иакова на этот вопрос. 

Между прочим, старших братьев "красивого и прекрасного" Иосифа, крепких, но простоватых детей Леи и обеих наложниц, наукам и грамоте не обучали. Они с детских лет были пастухами при стадах Иакова. Во времена детства человечества даже у евреев не было порочной тенденции, что всем детям надо, независимо от их талантов и способностей, «дать высшее образование».

В скрытой от нас  седой древности, когда  это было только устным семейным преданием скотоводческого племени патриарха Иакова, маленький Иосиф не мог  знать, что  через десятки столетий их семейная  сага станет известна любому школьнику, поскольку ей выпадет  войти в главную  Книгу человечества главой "Бытие".  

"И сказал Бог: сделаем человека, и пусть он властвует над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотами, и над всей землей"

Юный вундеркинд не мог знать и о том, что каждый год в этот день его соплеменники не станут делать никакой работы, а будут слушать в священном  собрании трубный звук шофара, сзывающий их на Божий Суд, а на десятый день в ожидании последней печати станут смирять себя жестоким постом. Но мы, читая в эти дни 23-ю главу Левит,  из той же еще не написанной во времена юного Иосифа Книги, мы знаем, что «Это устав вечный в роды ваши во всех местах поселения вашего», и стараемся следовать этому по мере сил. Ведь на 25 часов сухой голодовки способен не каждый, даже если старается не думать «об еды» изо всех сил (не будем указывать пальцем...).

Всевышний милостив, и приговор  (Запись) в Книге Жизни, вынесенный  Им в Рош а-шана, не окончателен. В ближайшую  десятидневку его еще можно  оспорить или смягчить с помощью  искреннего раскаяния в грехах и добрых дел. (Несмотря на то, что  приговор выносится всем и каждому, привилегия изменить его на десятый день есть, кажется,  только у евреев). 

Наши предки когда-то преодолевали немалые расстояния, чтобы к Судному Дню раздать долги и испросить индивидуальное прощение у каждого сородича,  кому они нанесли обиду в уходящем году. Теперь все значительно проще и много быстрее. Одним нажатием мышки рассылается электронное послание с ничего не значащей просьбой о прощении, которое одновременно получит каждый из десятка, а то и сотни  адресатов (френдов) отправителя. А каждый из получателей со своей стороны сделает тоже самое. Нагрузка на блогосферу в дни, предшествующие Роша а-Шана, громадна. Хотя, …"нам не дано предугадать", устраивает ли такая массово-механистическая форма «слихот» самого Всевышнего. В любом случае, в Йом-Кипур приговор скрепляется печатью и  обжалованию более ни для кого не подлежит. Наша судьба на ближайший год определена.

Collapse )
сила меьшинства

...чтобы отменить самый опасный из всех еврейских праздников – Хануку.

Этот текст  завораживает своей мощью. Так мог бы говорить Моше Рабейну, вернись он к нам сегодня. В еврейском мире отстаивать свои взгляды в таких категориях давно уже почитается неприличным.  
Об авторе нижеприведенного первоисточника догадайтесь сами.

-------------------------------------------


Будь я реформистским рабби, лидером истеблишмента с деньгами, престижем, влиянием и правом озвучивать точку зрения американского еврейства, будь я членом правящей команды в израильским правительстве, просвещенным, утонченным, современным еврейским интеллектуалом, я бы залез на все баррикады, чтобы отменить самый опасный из всех еврейских праздников – Хануку.

Только по причине тотального невежества мирового еврейского сообщества «Праздник огней» все еще остается самым популярным. Это также показатель интеллектуальной нечестности и лицемерия еврейского руководства. Потому что этот праздник – олицетворение и воплощение всего, что массы мирового еврейства и их руководство презирают всеми фибрами души. Этот праздник глубоко укоренен в том, что современные евреи со своими лидерами презрели и решительно отвергли. В мире нет праздника более «нееврейского» с точки зрения убеждений и образа жизни современных евреев, чем Ханука.

Та Ханука, что вторглась на мировую еврейскую сцену со всем своим инфантилизмом, маразмом, примитивизмом, невежеством и обманом – это не настоящая Ханука. Нынешняя гламурная Ханука вошла в моду потому, что ее еврейским родителям нужно было срочно чем-то заменить Рождество. Так появился спектакль «у нас тоже лампочки, как и у наших соседей-гоев». Так мы нашли себе повод тоже дарить нашим детям подарки, причем не один, как у нищих христиан, а сразу штук восемь. Так наши синагоги со своими обанкротившимися раввинами превратились в школьную показуху, чтобы довольные родители видели, что все это действо успешно и эффективно, а не трагическая ошибка и пустая трата времени. Так у нас появились еврейские Патрики Генри Пирсы, твердящие «свобода или смерть!» под аккомпанемент великих либералов Маккавеев, чтобы население кибуцев могло и дальше проповедовать Маркса и кушать ветчину, обитатели спальных районов могли и дальше нарушать Шабат, а реформистские и консервативные синагоги могли и дальше бороться за гражданские права негров, пуэрториканцев и Джейн Фонды. Такая Ханука не имеет ни малейшего отношения к действительности.

Это не Ханука наших предков, евреев Восточной Европы, Йемена, Марокко, Испании и Барселоны. Это совсем не та Ханука, за которую погибли Маккавеи. Если бы те, кого мы так рьяно чтим, увидели, во что превратилась Ханука сегодня, они наверняка начали бы второе восстание Маккавеев. Ибо тот образ жизни, который мы, евреи, сегодня ведем, и был настоящей причиной восстания евреев в те дни.

Что в действительности произошло 2000 с лишним лет назад? Что заставило горстку евреев восстать против врага? Кто был этим врагом? За что и против кого они сражались?

Collapse )
сила меьшинства

Непризнание легитимности Израиля как формa юдофобии

Dennis Prager

Перевод Сони Тучинской 

Представьте себе людей, которые прикрываясь собственной уверенностью в нелегитимности создания, ну, к примеру, Италии, отрицают самое ее право на существование на карте мира, и прилагают все усилия для лишения этой страны статуса суверенного государства. Иными словами, делают все, чтобы разрушить современную Италию. Так же, представьте себе, что те же люди настаивают на том, что из всех государств существующих сегодня на земле, именно образование Италии, и только Италии, вызывает у них чувство протеста своей изначальной незаконностью. А теперь вам остается напрячь воображение и поверить на слово тем же самым людям, когда они с пеной у рта станут отрицать, что их слова и действия, направленные против Италии, хоть малейшим образом связаны с их ненавистью к самим итальянцам, как к этнической группе. Смогут ли убедить вас их заверения? Или вы без труда увидите в них нонсенс, то есть, полную бессмыслицу. 

А теперь замените «Италию» на «Израиль», а «Итальянцев» на «Евреев», и вам окончательно откроется вся лживость и абсурдность того утверждения, что кто-то может отрицать явление Сионизма, не будучи при этом антисемитом.

Но ведь это в точности то, в чем пытаются уверить нас отрицатели Сионизма. Они утверждают, что сам факт существования Еврейского Государства в географическом регионе, известном, как Палестина, нелегитимен, хотя страны под этим именем там никогда не существовало. 

Как они могли додуматься до этой идеи?

Collapse )


сила меьшинства

Внемли предупреждению и спасешься...

Из цикла «Сцены из жизни»


Мы принимаем всё, что получаем,
За медную монету, а потом —
Порою поздно — пробу различаем
На ободке чеканно-золотом.

Маршак

Сегодня в два пополудни произошло радостное. Вернулся домой сын. Вернулся, несколько утомленный полутора годами пребывания в узилище,  но с порога успевший сказать, что примет душ и пойдет отмечать с друзьями «coming home».  Это было плохим знаком, означавшим, что скоро он опять окажется там, откуда сегодня вернулся. Просто я так загадала, пока ждала его из тюрьмы.  Если, вернувшись домой, он дождется отца, и вечером сядет с нами за стол, то весь тот ад, в котором мы пребывали последние годы — закончится. А если побежит к друзьям — то все начнется   сначала.

Только я погрузилась в невеселые свои думы, как в дверь позвонили. Балкон был открыт, и я узнала незваных гостей по голосам. Это были «иеговки», грузинка Софико и еврейка Сима. Совершая свои миссионерские набеги на районы Сан-Франциско, где живут русские эмигранты, они обычно заглядывают и к нам. Конечная цель — завлечь нас в лоно «Свидетелей Иеговы». Видимо, по отмашке из «центра», в жилища клиентов они теперь не заходят,  так что пришлось спуститься к ним самой.  Прижимая к груди немедленно врученные мне брошюры, — «Ревностно ли ты рассказываешь другим о Боге и его намерениях?» и «Дорожите дружбой с Иеговой» —  загадочно улыбаюсь, время от времени качая головой, что да, мол, согласна с вами, милые вы мои, во всем согласна. Они знают, что я еврейка, а значит и так, без их напоминания, «дорожу дружбой с Иеговой». Но верую я, по их разумению, не совсем правильно, без Сына Божьего и прочих христианских довесков, впрочем, как у самых крайних протестантов, вполне умеренных.

По опыту знаю, что в спор с ними вступать нельзя, иначе они никогда не уйдут. "Ведь евреям тоже надо спасаться,"- не устают повторять «свидетельницы», намекая на Армагеддон с последующим  воскресением  из мертвых к вечной жизни…А  удостоятся его, понятное дело, только их единоверцы. Теологические тонкости они умело перемежают с по-восточному чрезмерными восхвалениями в адрес клиента, то есть – в мой. Я чувствую себя Козлевичем, которого охмуряют ксендзы. Но, ксендзы потные и корыстные, а эти обе - очень славные, и обижать их вовсе не хочется.

Тем не менее, двухголовая тень авторов «Золотого теленка», противу моей воли,   продолжает витать над этой сценой.


"После этого ксендзы переглянулись, подошли к Козлевичу с двух сторон и начали его охмурять".

Сын с мокрыми после душа волосами и беспрерывно трезвонящим телефоном,  спустился вниз еще до прихода «свидетельниц». Не хотел, как видно, чтобы я слышала о чем он говорит с ненавистными мне «друзьями». Так или иначе, но записать сам процесс "охмурения" немедленно по его окончании мне ничто не помешало.

Софико ( страстно, с обаятельным грузинским акцентом, который домыслите сами) : Иегова, Бог Авраама, Исаака и Иакова хочет сделать всем людям хорошо, чтобы мы стали жить на земле, как в раю. Вот, как у вас тут рай (обводит рукой цветущие кусты роз на «front yard»).

Сима: эти розы муж ее выращивает. (Они знают мужа по прежним визитам, и он, обычно, переводит разговор с ними с Иеговы на более близкие ему практические темы).

Софико: Иегова, Бог Авраама, Исаака и Иакова, дал ему другую, самую главную розу, вот она (указывает на меня), ка-а-акие зубы, ка-а-акие глаза, а улыбка какая светлая у тебя. И муж твой и ты к Иегове уже повернулись, но до Иеговы еще не дошли. Совсем немножко осталось. Хочешь навсегда оставаться молодой, красивой, как ты есть сейчас, (???) хочешь, чтоб муж вечно тебя любил, как он любит тебя сейчас и сердце свое тебе одной отдавал, - приходи к нам, в Дом Собраний, по средам и субботам.

Сима: Кто уверует в Иегову, Бога Авраама, Исаака и Иакова, тому он даст жизнь вечную, здоровье и счастье. Жить будете вечно с мужем и на сына своего радоваться.

Софико: Сын у вас красивый, умный такой, точно, как ты и муж твой.

Я (с нескрываемым любопытством): а где вы могли видеть нашего сына?

Сима: заходили к вам давно, с Сашей тогда были, сын ваш вышел, беседовал с нами. С Сашей они отдельно говорили. Саша сыну вашему Благую Весть передал о «Новых Небесах» и «Новой Земле», "Сторожевую Башню" в руки вложил, учил его, как к Богу приблизиться, как молиться, чтоб не впасть в искушение. На областной конгресс Свидетелей Иеговы его приглашал. Конгресс у нас был в Сакраменто, много для спасения души дал.

Я (не зная зачем): А какова была тема этого конгресса, не помните случайно?

Сима: Помню, как не помнить, Саша же наш там выступал. Назывался «Внемли предупреждению и спасешься».

Я: Ну, а сын что?

Сима: Сказал, что если будет время у него свободное, то обязательно придет.

Саша, упомянутый благочестивой иеговкой, не знал, что юноша, которого он пригласил на Конгресс, мой сын. Но зато я хорошо знала Сашу. И ей богу, этот неутомимый адепт спасения душ человеческих, заслуживает большего, чем поведала о нем Сима. Ну, если не портрета в полный рост, то хотя бы наброска к нему.


Итак, с 35-летним «иеговцем» Сашей мы работали в «уголке дурова», как сами участники называли свой рабочий коллектив, который был ничем иным, как одной из групп тестирования программного продукта огромного американского банка. Технические совещания (при закрытых дверях, разумеется) частенько проходили у нас на русском, так как по случайному совпадению все 15 членов команды, включая самого босса, отлично на нем разумели.

Саша участвовал в социальной жизни коллектива совершенно особым образом. На любые житейские радости или невзгоды своих сослуживцев он откликался дословным цитированием одного единственного сакрального источника. Это пронзительно напоминало мне о моем старинном друге, бывшем сослуживце по питерскому НИИ, и по совместительству - герою одной моей повести. С той лишь разницей, что в отличие от своего антипода, рафинированного интеллектуала и отъявленного безбожника с благородным профилем римского патриция, ошарашивающего своих коллег отрывками из шедевров мировой классики и античной философии, курносый, с зауральски простецким лицом  Саша сыпал на своем забавном для питерского уха восточно-сибирском диалекте исключительно библейскими цитатами.

Если во время перекура кто-то хвастался, что купил дом, отбив вожделенную недвижимость у других потенциальных покупателей большими, чем было запрошено деньгами, Саша , глядя, как бы в никуда, возвещал: «Наследство, приобретённое с жадностью вначале, не будет благословлено в будущем». Счастливый владелец недвижимости поеживался, понимая, что это относится к  нему. К вящему изумлению необычайно далеких от мира библейских ценностей сослуживцев, Саша, выдавая цитату из   непреходящего источника мудрости, никогда не забывал указывать ее точные координаты  - «Притчи, 20:21».

Он  признавался мне не раз: «Брат в Чите за кражу со взломом сидит.  Я б тоже давно сидел, я человека мог бы убить, если бы не стал Свидетелем». Глядя на его довольно таки разбойничью, а ла Емелька Пугачев, физиономию, я верила ему на слово. Коллеги-тестеры за глаза называли Сашу «сектантом», считали его немного «тронутым», и никак не могли взять в толк, что может связывать таких разных, как я и он людей. Особенно удивлялся этому один из наших коллег, ровесник Саши, носивший под свитером «малый талит», и в описываемые времена приведший меня в дом рава-хабадника, одновременно служивший и синагогой. Как верующий иудей, коллега мой почитал своим долгом оградить меня от опасности, исходящей от миссионерских усилий "этого сектанта-наводчика". Так он называл Сашу. Я только посмеивалась, зная, что выбор всегда за мной, и он уже давно сделан.

Жена Саши, узнав о том, что он вовлекает их детей, учащихся 1-го и 3-го класса начальной школы, в «свидетели», угрожала подать на развод, если Саша не уйдет из «секты». Так Саша эмпирическим путем познал евангельскую истину о том, что «враги человеку домашние его». Потом до меня дошли слухи, что он остался не с семьей, а со спасительной для его мятежной души «сектой». Ну, что ж, в этом он следовал прямым указаниям главного персонажа всех четырех Евангелий.

В последний раз я видела Сашу в грустный для нас обоих день, когда в банке объявили о сокращении штатов. Мы оба подпали под него, но я работала и дольше и куда успешней Саши, который на службе вместо тестирования частенько углублялся в “«Писание» on-line”. В тот день, глядя на мое заплаканное лицо, он пытался утешить меня цитатой, которой я и сама не раз малодушно оправдывала досадные поражения и неудачи своей жизни.

- Ну, нашли из-за чего расстраиваться, - сказал он. - Это ж еще Екклесиаст-Проповедник говорил, что всегда так выходит. Несправедливо. В девятой главе, стих одиннадцатый, так и сказано.

«И обратился я, и видел под солнцем, что не проворным достается успешный бег, не храбрым – победа, не мудрым – хлеб, и не у разумных – богатство, и не искусным – благорасположение, но время и случай для всех их».

Собственно, это и было последнее, что я от него слышала.

Ну, а теперь, возвратимся к тому, прерванному Сашей разговору, происходящему на фоне декораций дома с цветущими розовыми кустами, к юноше, только что вернувшимся в этот дом из заключения, и к его все знающей наперед матери.

Рассеяно улыбаясь  дурашливому ответу сына на приглашение посетить Конгресс «Свидетелей» в Сакраменто, она вдруг замерла... Почему-то именно сейчас  ей стало отчетливо ясно, что все  прежние разговоры с ним «о добре и зле», о «покаянии и искуплении», казавшиеся ей такими убедительными,  на самом-то деле вызывали у него ту же шкодливую, а то, и глумливую  улыбку, что и Сашино предложение. Самое страшное было в том, что и понимая это, нельзя было терять надежды, что ребенок ее, пусть и каким-то чудодейственным, еще неведомым ей образом, но спасется.  А еще, она запретила себе задавать неизвестно кому жалкие, бессмысленные вопросы. Как это, вообще, могло произойти? И с кем? С ее возлюбленным созданием, с ее первенцем, со страстно любимым ее сыном, чуть не с  младенчества взращенном на Пушкине и Толстом; с пяти лет скрипка, Вивальди и Бах, шахматы и «Библия для детей». А ей, за что ей это наказание, эти раз за разом порушенные надежды?  Инстинкт говорил ей,  что она погибнет, если не прекратит бесконечно изводить себя тем, на что нет и не может быть ответа.  У тех, кто преступил закон, есть матери, и ей выпало быть одной из них. Все, точка, end of story. 

Чтобы не дать погибнуть душе, не превратиться в безразличную ко всему, кроме своего горя, тряпичную куклу, она приучила себя к вечной рефлексии. Всегда жить так, чтобы видеть происходящее как бы немного со стороны. Вот и в этом эпизоде «с охмурением» ей не стоило никакого труда обнаружить тот неразъемный на составляющие сплав трогательно-комичного и трагического, который и называется жизнью. А в том, что эпизоды эти и не думают кончаться, при желании можно было усмотреть еще и добрый знак судьбы. Они собраны у нее в папке под названием «Сцены из жизни», будто бы для будущего киносценария. По нему можно снять фильм в редком жанре «Комедия. Криминал. Семейная драма.»  К  этому фильму подошло, бы, не будь оно столь длинным, такое название:

«Господи, я старик, обошёл всю Твою землю и не нашёл на ней ничего заурядного».