Соня Тучинская (tuchiki) wrote,
Соня Тучинская
tuchiki

Category:

Новый год во Флориде

Семь лет назад я участвовала в одном необычном для себя  мероприятии:  отмечании Нового Года в компании практически незнакомых мне людей, каковое событие и было увековечено в документальном очерке " "Новый Год" во Флориде".  Две недели назад  навестив те же места с той же целью купанья в "бирюзовой воде Атлантики",  я обнаружила  в холле точно тот  же постер, что и семь лет назад. Он в тех же игривых  выражениях  призывал владельцев кондоминиумов вместе по-соседски отметить  Новый Год. В центре постера, как и семь лет назад,  сиял нестареющий лик Аркадия Гомельского, руководителя вокально-инструментального ансамбля, судя по всему, из года в год нанимаемого администрацией на время  "самой волшебной ночи в году". Единственное отличие состоит в том, что 2012 был  годом Черного Водяного Дракона, и все должны были быть в чешуйчатых блестках. А 2019 - и того хуже, - год какой-то (не к ночи будет помянута)  Желтой Земляной Свиньи, и во что надо быть прикинутым,  - мне, лично, неизвестно, да и ни к чему. В момент прихода этой химеры, навевающей мысли о "Зверях  Апокалипсиса",  я буду крепко спать в своей постели на берегу другого, Тихого Океана.
******************************************************

«И люди людям в этот час бросали:
«С Новым Годом вас!»…
Кто честно заикаясь,
Кто кисло ухмыляясь…»
Саша Черный

Каждый год к середине января начинают приходить поздравления со «Старым» Новым Годом. Отправители электронных писем не в курсе, что я и «Новым» то его не «справляю». Как-то так сложилось, с юности еще – не мой праздник. В Новый Год надо быть пьяным, нарядным, радостно-возбужденным. Ну,…платье, там, на лямках, каблуки, бессмысленные тосты, безудержное веселье до утра. Kаждая позиция – не моя. Впрочем, в этих тусовочно-юбилейных делах я, вообще, можно сказать — фрик, урод то есть полный. Не то что Новый Год, или серебренные и прочие свадьбы, но и дни рожденья то свои давно уже не «справляю». Фактически, сразу по выходу из нежного отроческого возраста. Как ни странно, но именно в этот день как-то особенно остро чувствуешь необязательность своего появления на свет.

«Дома они жили какою-то странною смесью церковных и советских праздников; «перед праздниками», «после праздников»; да еще истово «справляли» именины и дни рожденья…». Ключевое слово в этом замечательном отрывке-наблюдении, сделанном 86 лет назад — «истово».

И, вот,  решила вдруг, что пора и мне встретить Новый Год так, как встречают его все нормальные люди — то есть — истово.

Канун Нового Года. Южная Флорида, многоквартирный дом. Среди «всих языцей», от испанского до японского, чаще и громче прочих звучит «великий и могучий». За неделю до 1-го января на входе объявление на русском:

«Все жильцы приглашаются, 2-ой этаж, над фитнесс клубом,
холодные закуски, лотерея, новогодний концерт силами жильцов,
танцы до 2-х ночи в сопровождении эстрадного коллектива».

Пойду, — думаю, — познакомлюсь с новыми соседями. Понаблюдаю соотечественников в родной среде обитания. А, возможно, и выступлю под елкой с чтением новогодних стихов. Недаром же я в детстве посещала кружок «Чтец-Декламатор».

Пошла. Жалеть- не жалею. Но больше — ни-ни.

По фотографиям не скажешь, что мы пришли встречать Новый Год с нечистыми намерениями. Но на самом деле это было именно так.

Впервые за последние 15 или даже 20 лет я в полночь не спала и энергично чокалась с соседями по столу липким пластиковым стаканчиком: «давайте проводим Старый», «давайте выпьем за Новый «. То есть «проводила» и «встретила», как полагается.

Фотографии есть, но они не передают тот зоопарк, который удалось наблюдать с позднего вечера вплоть до… «Уже бьет полночь -Новый год», после чего, я, как Золушка, спешно покинула «бал», который, надо заметить, как раз подходил в это время к наиболее прекрасной своей фазе — феерически-непринужденного пьяного веселья едва знакомых между собой людей.

Самая популярная песня на этом новогоднем вечере в припеве звучала так:

"Танцуй Россия!
И плачь Европа!
А у меня самая, самая, самая, красивая
Попа!"

Песня про попу (на бис) и другие «шлягеры» звучали в исполнении солистки ансамбля, нанятого администрацией для увеселения жильцов.

Каждый раз на слове «попа», солистка  Наталья резким движением выдвигала влево/вправо свой довольно-таки обширный круп и звонко, с оттяжкой по нему шлепала под одобрительные выкрики танцующих. Наталья, в отличие от меня, вообще вела себя на Новогоднем Балу необычайно расковано и шаловливо. Ну, ей по штату полагается. Как артистке.

Средний возраст танцующих под «попу» — 75-85 лет, хотя тут и там виднелись представители следующих поколений: дети, внуки и даже правнуки. Быстрые, стремительные танцы сменялись медленными, романтичными. Есть фильм с танцами. Он еще не обработан. Фильм напоминает подпись Гойи к Капричос: Сон разума рождает чудовищ. Вообще-то, на еврейских стариков я всегда, даже на таких диковатых сборищах, как это, смотрю с умилением и грустной любовью. Просто я всегда помню, что лишь по счастливой случайности им не пришлось разделить участь своих земляков, соседей и сверстников, сгинувшим без следа и без счета 70 лет назад…

Сережа одел блескучий колпачок, но остался грустным.



А потом  по моей просьбе сфотографировался с очаровательной Снегурочкой. Больше с ней поставить было некого.


Я хотела для симметрии запечатлеться с Дедом Морозом, но мне этого не удалось, так как он с невероятной для его возраста прытью непрерывно скакал между гостями. Но ни в какое сравнение, с, хотя и неуловимым, но вполне стандартным дедушкой с приклеенной бородой, не шел вот этот старик. В настоящем, без балды кителе генерал-майора, одетом на тельник и увешанном советскими медалями, как новогодняя елка. На шее у него висел на толстой цепи абсолютно всамделишный орден Андрея Первозванного. Я не решилась спросить, а всамделишный ли он генерал, или так, для маскарада прикупился . Он мне дал потрогать орден андреевский и любезно согласился со мной сфотографироваться. «Генерал» не сходил с танцевальной площадки. Когда доходило до «быстрых» танцев было страшно, что он просто упадет замертво. За жену — его ровесницу, тоже было страшно. И этот страх не могли развеять ни черные в облипку лосины, ни кокетливая, как у тинейжера, трикотажная маечка на тонких лямках. И лосины и маечка были усеяны какой-то блескучей рыбьей чешуей. По все видимости, дань наступающему году Дракона.


Танцы приостанавливались только тостами. Столы ломились. Холодные нарезки, обеспеченные администрацией дома, жалко терялись среди громадных подносов со студнями и неподъемными бараньими ногами. Еда высилась на столах внушительными предгорьями. В этом ощущался какой-то раблезианский размах. Из сидящих за моим столом ко мне потянулась одна женщина, Ева, которая, к тому же, оказалась курящая. Во время перекура она мне порассказала о своей жизни необычайно грустные вещи.

Евин рассказ напомнил мне то, что я и так давно знала.


Каждая человеческая жизнь — трагедия, каждый из нас достоин любви, жалости, сострадания. И Ева, и нелепый старик в чужом генеральском мундире и его жена-кокeтка.

Просто с остальными, не удалось, как с Евой, поговорить по душе.

И я, и я, your humble correspondent, который куда не придет, «не знает, ничего не понимает, ни людей, ни звуков, и всему чужой и выкидыш», тоже достойна.

Так прошла моя «самая волшебная ночь в году».

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments