September 3rd, 2020

сила меьшинства

О Довлатове без глянца - "Смешить всегда, смешить везде.."


Короткий промежуток между  датами рождения и смерти Довлатова. ( 3 сентября —  24 августа) давно стал "довлатовскими днями", «День Д», которые отмечают в трех городах, поделивших память о Довлатове, – Петербурге, Таллине и Нью-Йорке. Сегодня «День Д» — кончается.  

-----------------------------------------------------------------------

Этот пост - в продолжение другого моего поста "В защиту Довлатова". Герои теже - дамы сердца Довлатова и сам, да и тема частично таже - деликатная до крайности - а пошлости ни грана. Даже если от дерзостно- неконвенциальной текстовки Беломлинской "кипит твой разум возмущенный", а пошлости, столь ненавидимой Довлатовым, все равно в ней не отыщешь. А патамушта рука, которой написан этот короткий мемуар о Довлатове, у кого надо рука. Виктория Беломлинская была первой питерской красавицей из круга Довлатова-Бродского, позировала художникам, стала женой одного из них, потом отличную прозу писала под псевдонимом Виктория Платова. Она жена художника Михаила Беломлинского и мать писательницы Юлии Беломлинской.

Воспоминания не совсем лестные для адресата и для жены адресата(Лены Довлатовой). Всем, кто религиозно поклоняется Довлатову - "я не виноват". Я-мессенжер. Хотя в формуле "СМЕШИТЬ ВСЕГДА, СМЕШИТЬ ВЕЗДЕ…", как о главном векторе творчества Довлатова есть, наверное, доля правды. И надо было обладать воистину free spirit, чтобы в самый разгар фантастически-грандиозного успеха его книг повсюду в мире, где живут русскоговорящие читатели, воспомнить о нм и его текстах "по-другому". "СМЕШИТЬ ВСЕГДА, СМЕШИТЬ ВЕЗДЕ…" - это неизменное руководство к действию было свойственнo каждому первому с половиной российскому литератору на постсоветском литературном пространстве. Другое дело, что не всем (никому более, в сущности) не удавалось на этой зыбкой почве писать так неотразимо, как это делал герой воспоминаний Виктории Беломлинкой.
А вот в чем соглашусь с Викторией Израилевной без всякого "наверное", а "на все сто", так это в том, что последнее письмо Довлатова Игорю Ефимову есть пример высокой литературы. И что ничего более прекрасного он не написал. В этом страшном прощальном письме - ни привычной чуть кокетливой самоиронии, ничего по-эстрадному забавного, легкоусвоямого, а только мучительное самобичевание, признание такой бездны в собственной душе, таких истязающих ее демонов, и такого ада последних лет жизни, что ...страшно вымолвить... "записки из подполья" Достоевского вспоминаются. Хотя по формату, по пронзительной трагической силе, лаконизму и изяществу (несмотря ни на что) текста, это совсем другое. К слову просто: "властителя дум человеческих", Довлатов, как литератора, вслед за Буниным и Набоковым, терпеть ненавидел.

Кажется, мемуара этого нет в рунете. В любом случае, со мной им когда-то поделился, прислав его мне в формате вордовского аттачмента, недавно ушедший от нас, Игорь Марковиче Ефимов. Стариный, ещ по Питеру, друг Беломлинских, и конфидант  того самого страшного исповедального письма Довлатова к нему, о котором упоминает Виктория. 

Collapse )