March 7th, 2018

сила меьшинства

Пикник на калифорнийской обочине - часть вторая

Часть вторая - продолжение
Начало здесь


Однако,  разбор художественных достоинств этой ленты, хотя они и неисчислимы, и имеется огромный соблазн неспешно, смакуя детали,  о них поговорить,  - такой разбор не входит  в наши планы.  Ведь дорога, на которую нам пора вернуться, осталась для наших героев позади.

Как бы дико это ни прозвучало из уст того, кто пускается в рассказ о поездке по винодельням, не в первый раз должна признаться, что «не употребляю». Единственное годное для меня вино – сладкий еврейский Манушевич, который можно, не опасаясь вредных последствий, подносить детям дошкольного возраста.  Любое сухое вино вызывает у меня судорогу отвращения.  В этом смысле,  «пино-нуар» ни чем не отличается для меня от «мерло», и оба два – от хлористого кальция. Вот таким окончательным и бесповоротным плебеем выросла я под присмотром своего патологически непьющего отца. На фронте он, 18 – летний мальчик, отдавал свои положенные перед боем 100 грамм товарищам, и поэтому с ним все хотели дружить. А в послевоенном Ленинграде остался убежденным трезвенником и  после тридцати лет работы в среде  необратимых алкоголиков «Красного Треугольника».  Из сказанного плавно вытекают два вывода:

Первый - такие гены не пропьешь! Второй - "о волшебной силе искусства".

Каким же уровнем «заразительности», которую Толстой полагал первым признаком настоящего искусства, должно обладать игровое кино, чтобы подвигнуть на путешествие в совершенно чуждый ему мир виноделия тотально непьющего человека!

Невзирая на то, что в моем лице пропадает  идеальный «designated driver», никому не приходит в голову посадить меня на три дня за руль, хотя я и при правах. Мои спутники страстно любят жизнь, и потому  в качестве шофера предпочитают неутомимого дегустатора Сережу - круглосуточно трезвой мне. И правильно делают!

Еще одной интересной особенностью этой  мини-экспедиции было то, что саму ее идею и маршрут для нее разработали не мы с мужем, а москвичи, не без нашей помощи «подсевшие»  на фильм Александра Пейна буквально год назад, и к тому же, оба - прекрасные знатоки калифорнийских вин, так же как и винных карт других регионов  мира. Вот каким невообразимо компактным, уютным и взаимопроницаемым стал к 21-му столетию наш земной  шарик.

День первый

Встретив московских друзей в аэропорту Лос-Анжелеса  на машине  с легко запоминающимся русскому  глазу  номерным знаком «ЗАНУДА», двинулись по 101-му на север. После 12-часового  перелета,  падающие от усталости и голода москвичи, не размениваясь на перекусы,  дотянули до  ужина в  Малибу, в выбранном ими заранее ресторане  «Moonshadows».  Они разузнали, что его хозяин -  выходец из Венеции, что и решило выбор в пользу этого элегантного заведения на берегу Океана.  Наши гости - искушенные знатоки  интернациональной кухни.  Любопытно, что заказ делает не  Денис, прекрасно, хотя и немного книжно, говорящий  по-английски, а Кристи, знающая язык в тех небольших пределах, которые позволяют ей довольно непринужденно общаться с портье и официантами. В «Муншадоус»  она смело вступает в  диалог с официантом, расспрашивая его о блюде с  диким  названием  “bouillabaisse”,  и что интересно, официант ее понимает.  Из окна ресторана нам довелось наблюдать  океанский закат неправдоподобной красоты.

Вот они, голубчики, летят. Беспосадочный, Аэрофлот, Москва - Лос-Анжелес




Далее, продвигаясь  по той же дороге, что и Майлз с Джеком, проезжаем городок Окнард, где по фильму живет мать Майлза, и  куда на пути из Лос-Анжелеса на север  наши герои заезжают поздравить ее с днем рождения, что выливается в дружескую попойку с участием пожилой леди.  Утром, протрезвев,  герои  отправляются  дальше на север. Перед этим  Майлз ворует из бельевого шкафа своей родительницы (трогательная деталь  - наши матери тоже держали в белье свои сбережения) 300 долларов.

Мы же,  минуя Санта-Барбару, проезжаем прибрежный парк Гавиота.  Здесь, на обратном пути в Лос-Анжелес,  Майлз и Джек, сидя на скамейке у океана и подводя итоги поездки,  делятся друг с другом выстраданной мыслью: "Прошла уже половина жизни, а мне нечего предъявить!"

Вот они, знаменитые "датские мельницы" прелестного  Солванга




К вечеру достигаем городка Солванг, основанного  в 1911 датчанами (история места имеет значительно более ранние корни), и получившего статус города в 1985 году. Это место поразительно напоминает  благоустроенную   деревню где-нибудь на севере  провинциальной Европы.  В прелестном Солванге  9 тысяч акров земли на 5 тысяч жителей. Все жилища и общественные здания, включая домик-сортир  на главной улице, построены балками наружу – дань датской фахверковой архитектуре. В этом игрушечном   городке бессчетное число стилизованных датских мельниц, 150 бутиков, больше 30 ресторанов и 15 гостиниц.  В одной из них мы и находим трехдневный приют,  хотя Майлз и Джек остановились   в соседнем городке  Буэлтон  в  гостинице «Мельница», чем навсегда прославили ее.  Возможно, что именно поэтому в ней не было мест.  Но мы туда еще наведаемся.

День второй


Завтракаем  прямо напротив нашей гостиницы  в том одноименном с  городком  ресторане, где в первое утро завтракали Майлз и Джек, и где на стенах висят кадры из фильма, снятые в этом заведении.  Во время завтрака Джек наезжает  на мрачного  Майлза, заявляя ему: "Что у нас сегодня, Майлз?... Лично я собираюсь кого-нибудь насадить на болт, и ты мне этот кайф не обломаешь..."

Collapse )
сила меьшинства

Пикник на калифорнийской обочине - часть первая

Часть первая.
Продолжение здесь.


"Давненько не брал я руки шашек", - как говаривал незабвенный Павел Иванович Чичиков. Вот и я тоже, за два почти месяца - ни одного поста .  Бедный мой ЖЖ  зарос за это время чертополохом, подернулся паутиной;   из уютной ЖЖ-шечки превратился в сиротски-бесприютный  зал ожидания. Ну, вот, исправляюсь помаленьку.

******************************************************************
В середине февраля  мы (я и Сережа) с нашими московскими друзьями (молодая супружеская пара Кристи и Денис) запоздало проехали по следам культового  фильма 2004-го года режиссера и сценариста Alexander Payne “Sideways”*,  в русском прокате - «На обочине».

«Маленькие трагедии» маленького человека под прикрытием  комического бытописательства на фоне одноэтажной  Америки – так бы я решилась определить кредо режиссера-гуманиста,  неисправимо сочувствующего и даже потакающего своим героям, что бы они там у него не вытворяли.

Любите ли вы этот фильм, как люблю его я? То есть, так, чтобы с годами не надоедало смотреть его снова и снова,  зная,  что каждый  следующий  просмотр ничего не изменит в смысле гарантированного   наслаждения.  Можете ли вы сходу и безошибочно назвать имя ресторана, у входа в который  главный герой, страстный поклонник пино-нуар, произносит   сакраментальное:
«
I am not drinking any fucking Мerlot!» ?

Популярность этого фильма была такова, что глобальные продажи мерло, каберне и шардоне после выхода его в прокат  пошли на спад. В то время, как для прославляемого Майлзом пино-нуар, они резко увеличились во всем англоязычном мире чуть ли не на  20%.

Не имеет значения, какую прибыль принесла продюсеру «На обочине» эта картина. Фильм этот культовый  в том смысле, что одинаково любим как высоколобыми  интеллектуалами, поклонниками заумного Артхауса, так и простодушными любителями action movies.

В мировом синематографе фильмов, на которых сходятся и те и другие, как известно,  не много. И «Sideways» – один из них. Он  принадлежит к категории  «дорожного кино» (road-movie). То есть, действие его происходит в дороге, а на ней, по определению,  много поворотов,  таковые же возникают в душах странствующих героев, и они  приезжают в каждый следующий городок не совсем такими, какими мы их оставили  в предыдущем. Полюбив с легкой руки Александра Пейна  его  героев, мы захотели  увидеть те же виноградники, городки, и закаты, что видели они; отобедать в тех же   ресторанах  и дегустировать  калифорнийские вина в тех же wine tasting rooms, где это делали персонажи полюбившегося нам киношедевра.

Той  беспримесной  радости и наслаждения, которые достались  на нашу долю во время этого мини-путешествия, одному из его участников, вернее, участниц,  оказалось недостаточно.  Руководствуясь максимой Ионеско о том, что «важны только слова, все остальное – болтовня»,  она решила перевести  «болтовню»  увиденного в те самые «слова». Но для этого необходимы привязки к костяку происходящих в фильме событий. Посему, расскажем о сюжете ровно столько, сколько требуется  для понимания, зачем нас – из Сан-Франциско, а наших друзей – из Москвы, понесло в  винодельческий район графства Санта-Барбара.


Итак, университетские приятели Майлз  и Джек, которые к своим сорока явственно ощутили себя на обочине жизни, устраивают себе «мальчишник»  на дороге. Путешествие начинается в Лос-Анжелесе, где они садятся в старенький Сааб-кабриолет  Майлза и направляются на север «отметить» конец холостяцкой жизни Джека, у которого через неделю назначена в Лос-Анжелесе свадьба с Кристин - девушкой  из состоятельной американской семьи с армянскими корнями.
Collapse )

Продолжение - часть вторая