August 31st, 2017

сила меьшинства

Мальчики – налево, девочки – направо. Зарисовочка.

Этот пост, фактически, продолжение предыдущего, но опубликован отдельно, просто чтобы не смешивать мух и котлет.

- Я поведу тебя в музей, - сказала я в конце июля нашей гостье. Вообще-то она приехала из своего утомительно знойного и очень консервативного штата не по музеям ходить, а просто отдохнуть от изнуряющей жары в прохладе нашего сан-франциского лета.
- Там выставка юбилейная про хиппи, как они у нас в 67-ом все лето гасились-тусовались. Называлось Лето Свободной Любви. У вас там такого не покажут, - уговаривала я ее.
Как потом оказалось, и вправду, у них – не покажут.

Перед осмотром огромной экспозиции решили зайти туда, «куда сам царь пешком ходил». Как обладатель членского билета De Young Museum, я часто бываю на здешних выставках, и точно знаю, что «для женщин» – из коридорчика – направо, для мужиков - налево. Мне и на вывески смотреть не надо. Заходим направо. У одной из раковин плечистая особь с усами моет руки. Ну, с кем не бывает, думаю, турист, перепутал двери. - Нет - не перепутал, - объясняет невинная жертва политкорректного безумия, стыдливо тупя в сторону глаза. – Тут у вас везде одинаковые таблички: «Для всех посетителей музея независимо от пола». Ну, действительно, не в штаны же парню было оправляться. Он, в отличие от буриданова осла меж двух одинаковых лужаек, постоял, подумал, и все-таки сделал выбор.


Collapse )
сила меьшинства

И к имени моему "Марина" – Прибавьте: "мученица"...

31 августа 76 лет назад добровольно ушла из жизни Марина Ивановна Цветаева.
Этот пост был поставлен 31 августа 2011, к 70-летию ее ухода.

Даны мне были и голос любый,
И восхитительный выгиб лба.
Судьба меня целовала в губы,
Учила первенствовать Судьба.
Устам платила я щедрой данью,
Я розы сыпала на гроба...
Но на бегу меня тяжкой дланью
Схватила за волосы Судьба!

Как билась в своем плену
От скрученности и скрюченности.
И к имени моему "Марина" – Прибавьте: "мученица»"



Цветаева писала о каком-то германском городке, мол, если бы здесь жил, или родился, или хотя бы останавливался Гете, этот городок обрел бы смысл. Марина Цветаева оправдала Елабугу. Дом, в котором она свела счеты с жизнью, стал местом паломничества сотен людей. Гвоздь в сенцах - толстый, самодельный, с крупной шляпкой, вбитый в перекладину – священной реликвией.

Самоубийство, как известно, не событие, а процесс. Петля на ее шее начала стягиваться задолго до приезда в Елабугу. И даже задолго до возвращения в Москву, летом 1939-года. Из чего свивалась эта петля – история страшная, с длинными отступлениями в далекое прошлое, поэтому начать придется с последнего действия той драмы, о которой видавшая виды Надежда Мандельштам сказала - "Я не знаю судьбы страшнее, чем у Марины Цветаевой."

"Поглотила любимых пучина, и разграблен родительский дом". Один за другим сгинули в пучине Гулага сестра, муж, дочь. Вестей от них нет. У Марины не осталось никого - только Мур. Отец называл его "Марин Цветаев", так как сын и строптивым норовом и одаренностью вышел в мать. Но эта схожесть не мешала ему, молодому "парижанину", сопротивляться ее тиранической опеке. «Вы похожи на страшную больную деревенскую старуху!», - кидает он ей.

Collapse )