July 12th, 2016

"Одна из всех — за всех — противу всех!" - два года без Валерии Новодворской

12 июля 2014 года ушла от нас Валерия Новодворская

Ставлю свое теперь уже старое эссе написанное на ее смерть, но не сразу, а полгода спустя.



Больши сея любве никтоже имать,
да кто душу свою положит за други своя…

Ин, 15:13

Под свист глупца и мещанина смех —
Одна из всех — за всех — противу всех!

Цветаева

Знаменитых покойников надо поминать не сразу. Пусть настоится в душе, уляжется. А то ведь под звуки прощальной литургии не устоять писать об усопшем, коли любил его при жизни, как о непогрешимом святом, а ежели ненавидел, - то по закону симметрии, - как об уполномоченном самого дьявола. Точно так произошло и с Валерией Ильиничной Новодворской. Одни в первые дни по ее уходу вспоминали, как страстно любила она свою несчастную родину, другие - как яростно она ее ненавидела. По прошествии же времени вступают в действие таинственные механизмы когнитивного диссонанса: преклонение перед ее памятью и восхищение ею, неотделимое от, как бы это поделикатнее выразиться, от некоторой оторопи...

...Прах ее захоронили там, где "спит в Донском монастыре Русское дворянство". В этом есть высшая справедливость. Не только потому, что она из древнего боярского рода Новодворских, но и потому, что мятежная душа ее обрела вечный покой рядом с лучшими людьми России. С Солженицыным, с Чаадаевым.

В тех неведомых нам мирах, куда "как собеседники на пир" призваны эти трое, Александр Исаевич не удостоил бы ее и словом. Слишком мало, в отличие от него, она - ярый западник, верила в "особый путь" России, желая для нее обычного буржуазного преуспеяния, в основе которого лежит не "соборность", а свобода и независимость личности. Да она и сама бы отвернулась от него. В ее глазах он навсегда замарал себя недостойной порядочного человека близостью к нынешнему Президенту России.

Зато с Чаадаевым они не смогли бы наговориться. Присущий первому русскому денди культ "модной слабости", не помешал бы ему безошибочно опознать в этой нелепой грузной подслеповатой женщине "свою".

Ведь это он сказал когда-то:

"Я предпочитаю бичевать свою родину, предпочитаю огорчать ее, предпочитаю унижать ее, только бы ее не обманывать".

Как будто следуя завету Чаадаева, Валерия Ильинична, как умела, всю свою сознательную жизнь "бичевала, огорчала и унижала" свою родину, переводя скорбные максимы Чаадаева на язык своего века. По характерным приметам - оголенная совесть, жертвенность, сочувствие малым народам - она была типичным русским интеллигентом. Только не из тех кротких бабелевских интеллигентов, кто "скандалил за письменным столом и заикался на людях". Она "скандалила" в студенческой аудитории и в тюремной камере, на городских площадях и в телевизионных ристалищах, на страницах своих блестящих публицистических книг и в бесчисленных интервью. Слово у нее было разящее, и ее до шока дерзкие и беспощадные обвинения своему народу звучали куда как оскорбительней и обиднее чаадаевских :

"В России 5% русских, варягов, викингов, европейцев, носителей скандинавской традиции. Остальные - пресмыкающиеся, амебы и инфузории-туфельки".
"Я абсолютно не могу себе представить, как можно любить русского за его леность, за его ложь, за его бедность, за его бесхребетность, за его рабство".


Уже не спросишь, но неужто она и впрямь думала, что не уставая клеймить своих соотечественниках тупостью, ленью и неискоренимой приверженностью рабству, она подвигнет их к столь дорогому ее сердцу гражданскому неповиновению?

Сегодняшнюю Россию, где каждый второй проводит отпуск в "дальнем зарубежье", где Солженицына и Набокова "проходят" в школе, где Валерия Новодворская - открытый враг действующего режима, годами не сходила с экрана телевизора и со страниц оппозиционной масс-медиа, где восстановлены церкви и открыто действуют гейские ночные клубы, эту новую страну она упорно путала с мрачным советским зазеркальем - страной своей юности, откуда, как из вражеского оцепления, никому не было исхода. На свою беду в плане индивидуальных прав и свобод Россия все еще заметно уступала, скажем, Швейцарии, что практически навечно закрепляло за ней в непримиримых глазах Валерии Новодворской статус "империи зла". У нее была юношеская болезнь "нетерпения сердца". А население несчастной и может быть именно от этого пронзительно любимой ею страны, как назло не торопилось приобретать уровень гражданского самосознания, присущее - раз уж мы выбрали именно эту аналогию - жителям швейцарских кантонов. Валерия Новодворская справедливо считалась олицетворением русского "правого" либерализма. Непостижимо, но при этом в пылу митингов и пикетов она умудрилась не заметить фундаментальной смены декораций на мировой сцене, где на первые "отрицательные" роли давно выбились пираты джихада, они же - бесстрашные штурмовики в куфиях.

У нее был застарелый синдром русской интеллигенции - всегда находиться в противостоянии действующей власти. ВСЕГДА. Даже тогда, когда быть заодно с властью не позорно, а напротив - добродетельно и благоразумно.Collapse )